ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 декабря 2019 г. N 33-АПУ19-29
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Безуглого Н.П.,
судей Кочиной И.Г., Сабурова Д.Э.,
с участием:
государственного обвинителя - прокурора Телешевой-Курицкой Н.А.,
осужденного Аристова М.Ю.,
защитника-адвоката Шинелевой Т.Н.,
при секретаре Семеновой Т.Е.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Аристова М.Ю. и адвоката Павлова А.Б. на приговор Ленинградского областного суда от 21 августа 2019 года, которым
Аристов Максим Юрьевич, < ... > судимый
- 31 июля 2015 года по ч. 1 ст. 166 УК РФ к 1 году лишения свободы,
- 13 августа 2015 года по ч. 1 ст. 139, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 1 году 1 месяцу лишения свободы;
- 8 февраля 2016 года по п. "в" ч. 2 ст. 158, п. п. "б", "в" ч. 2 ст. 158, ч. ч. 2, 5 ст. 69 УК РФ к 2 годам 2 месяцам лишения свободы, освобожденный 28 августа 2017 года по отбытии наказания,
- 28 марта 2019 года Гатчинским городским судом Ленинградской области по п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы,
осужден
- по п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 16 лет с ограничением свободы на 1 год,
- по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ - к лишению свободы на 2 года,
- по ч. 2 ст. 167 УК РФ - к лишению свободы на 2 года.
- на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний - к 17 годам 6 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год,
- на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 28 марта 2019 года, - к 18 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год, с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре.
Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступления осужденного Аристова М.Ю. и адвоката Шинелевой Т.Н., поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, прокурора Телешевой-Курицкой Н.А., не усматривающей оснований для отмены или изменения приговора, Судебная коллегия
установила:
Аристов М.Ю. осужден за убийство двух лиц: А. и П. заведомо для осужденного находящегося в беспомощном состоянии; за кражу имущества, принадлежащего П. и П. с причинением потерпевшим значительного ущерба; за умышленное уничтожение имущества данных потерпевших путем поджога, причинившее им значительный ущерб.
Преступления совершены в июле 2018 года в поселке Вырица Гатчинского района Ленинградской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе и в дополнении к ней осужденный Аристов М.Ю. выражает несогласие с приговором ввиду чрезмерной суровости назначенного наказания.
Считает, что суд должен был учесть в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, противоправное и аморальное поведение потерпевшего А., поскольку он первым в ходе ссоры нанес ему удар в область лба, унижал и оскорблял, что и явилось поводом для совершения преступления. Полагает, что суд при оценке его показаний в этой части неправомерно сослался на заключение судебно-медицинской экспертизы, согласно которому ссадина в области лба причинена ему до совершения преступления в отношении А., поскольку процесс заживления ссадины шел гораздо быстрее, чем установлено экспертом.
По мнению осужденного, суд необоснованно признал беспомощным состояние потерпевшего П., поскольку его супруга показала, что, несмотря на инвалидность, П. был самостоятельным, не нуждался в помощи, занимался спортом и мог дать отпор нападавшему. Полагает, что ему П. не смог оказать сопротивление не по причине физической беспомощности, а в силу неожиданности нападения, поскольку он нанес потерпевшему удары из-за спины.
Отмечает, что суд хоть и признал в качестве смягчающих обстоятельств его явки с повинной по всем преступлениям, активное способствование их раскрытию и расследованию, признание вины и раскаяние в содеянном, однако фактически при назначении наказания данные обстоятельства не учел, как не принял во внимание и то, что без его сотрудничества с правоохранительными органами преступление в отношении А. было бы до сих пор не раскрыто.
С учетом изложенного просит признать обстоятельствами, смягчающими наказание, противоправное поведение А. явившееся поводом для совершения преступления, смягчающими и одновременно исключительными обстоятельствами его добровольные сообщения о совершенных преступлениях, деятельное раскаяние в содеянном, чистосердечное признание вины и готовность понести наказание, исключить из приговора указание на беспомощность потерпевшего П. и соответствующий квалифицирующий признак убийства, и с применением ст. ст. 62 и 64 УК РФ смягчить назначенное наказание.
Адвокат Павлов А.Б. в защиту интересов осужденного Аристова в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором, полагая, что вывод суда об отсутствии оснований для признания поведения потерпевшего А. по отношению к Аристову аморальным или противоправным не соответствует фактическим обстоятельствам дела. По мнению адвоката, суд необоснованно, ссылаясь на показания Аристова, данные в период предварительного следствия, и на заключение судебно-медицинской экспертизы в отношении его, отверг доводы подсудимого о том, что Антонов первым в ходе ссоры нанес ему удар по голове. Считает, что суд должен был принять во внимание наличие у А. повода для противоправного поведения в отношении Аристова и показания матери погибшего о том, что в состоянии опьянения А. был способен на проявление агрессии.
Автор жалобы считает, что суд необоснованно признал беспомощным состояние потерпевшего П. в силу ампутации ступней обеих ног, поскольку его супруга пояснила, что погибший в посторонней помощи не нуждался, был физически развит, занимался спортом.
Полагает, что при назначении наказания суд не в полной мере учел все обстоятельства, смягчающие наказание Аристова. В частности, будучи задержанным за убийство П., Аристов добровольно сообщил обстоятельства убийства А. показал место его захоронения, чем активно способствовал раскрытию и расследованию преступления.
На основании вышеизложенного просит исключить из осуждения по п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицирующий признак предусмотренный пунктом "в", противоправное поведение потерпевшего А., явившееся поводом для совершения преступления, признать обстоятельством, смягчающим наказание, совокупность действий Аристова по активному способствованию раскрытию и расследованию преступления в отношении А. признать исключительной и смягчить подзащитному наказание с применением ст. 64 УК РФ.
Государственный обвинитель Токарева Т.А. и потерпевшая П. возражают против удовлетворения апелляционных жалоб. При этом П. указывает, что ее слова о небеспомощности супруга касались лишь бытовой сферы, поскольку он при отсутствии одной ноги и ступни второй ноги научился самостоятельно себя обслуживать, протезами не пользовался, передвигался на инвалидной коляске или при помощи рук.
Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, возражения на жалобы, проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, Судебная коллегия приходит к следующему.
Выводы суда о виновности осужденного в совершении преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются исследованными доказательствами, в том числе его показаниями.
Показания Аристова суд правомерно положил в основу приговора, поскольку они получены в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса, являются последовательными и согласуются с другими исследованными доказательствами.
Так, в ходе судебного заседания Аристов показал, что 15 июля 2018 года после распития спиртного с П., Е. и А. он поссорился с последним и нанес ему несколько ударов ножом и топором по голове и телу, от которых А. скончался, после чего тело А. спрятал в канаве, нож - в подсобном помещении (бытовке), где распивали спиртное, а топор выбросил. В ночь с 21 на 22 июля 2018 года после распития спиртного поссорился с П. который являлся инвалидом и передвигался на коляске, нанес тому множественные удары ножом и гантелью по голове и телу, после чего забрал из квартиры деньги в сумме 5000 рублей, ноутбук и другие вещи, а квартиру, уходя, поджог.
Такие же показания Аристов последовательно давал в период предварительного следствия, в том числе при проверке его показаний на месте преступлений и при проведении следственного эксперимента (т. 3 л.д. 122 - 126, 139 - 146, 177 - 198, 207 - 215).
Показания Аристова согласуются с показаниями свидетелей П. и Е. пояснивших, что, проснувшись 15 июля после совместного с Аристовым и А. употребления спиртного, заметили отсутствие последнего. На их вопросы Аристов пояснил, что А. ночью ушел из подсобного помещения.
С участием Аристова был произведен осмотр подсобного помещения, в котором было совершено преступление против А и в указанном Аристовым месте был обнаружен нож со следами крови А., рукоятка топора, на которой выявлено смешение крови А. и Аристова. При этом экспертами установлено, что расположение следов крови на ноже характерно для образования ран и раневых каналов, а на рукоятке топора - для захвата его руками в процессе нанесения ударов (т. 2 л.д. 97 - 106, т. 5 л.д. 109 - 140).
В ходе осмотра земельного участка, на котором расположена бытовка, в канаве обнаружен труп А. (т. 2 л.д. 85 - 96).
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы смерть - А. наступила в результате колото-резаного ранения сердца. На теле А. обнаружено множество повреждений колото-резаного и рубящего характера, а также переломы черепа и ребер, которые могли быть образованы от действия ножа, твердого тупого предмета и предмета, обладающего острием и обухом, которые по механизму образования совпадают с показаниями Аристова, данными на месте преступления (т. 4 л.д. 98 - 127, 139 - 146, 151 - 159, 164 - 171, т. 5 л.д. 185 - 206).
В результате осмотра квартиры П. 22 июля 2018 года обнаружен труп ее супруга с множественными телесными повреждениями, отпечаток следа ладони, принадлежащий Аристову, окурки с его слюной и гантель со следами крови, принадлежащей убитому П. имеющими признаки инерционной деформации по механизму взмаха-удара.
Согласно заключениям экспертов смерть П. наступила от комбинированной травмы головы, возникшей от множества травматических воздействий твердого тупого предмета, которые могли быть причинены гантелью, и воздействий предмета с острым концом и режущей кромкой, при этом механизм образования повреждений (за исключением колото-резаных ран головы) совпадает с тем, что продемонстрировал Аристов (т. 1 л.д. 97 - 127, т. 4 л.д. 216 - 224).
Показания Аристова согласуются с показаниями свидетеля А. согласно которым 21 июля к ней заходили Аристов и М., чтобы занять денег на спиртное; с показаниями М. о том, что, заняв у А. денег, они вместе зашли к П., откуда он ушел первым, оставив вдвоем Аристова и П.; с показаниями Н. и Ш. о том, что утром 22 июля в квартире П. соседи тушили пожар; с показаниями А. о том, что 22 июля Аристов пришел к нему с вещами, среди которых были ноутбуки; а также с показаниями потерпевшей П. о том, что пока она гостила у дочери, в ее квартире был убит супруг, квартира выгорела изнутри, в результате пожара пострадало имущество на сумму 20450 рублей, из квартиры пропали телевизор, два ноутбука, часы, шкатулка, сотовый телефон, деньги в сумме 5000 рублей и изделия из золота: 3 кольца, 2 цепочки, 2 браслета, всего на сумму 171337 рублей.
Оценив исследованные доказательства в их совокупности суд правильно признал их достаточными для разрешения дела, поскольку они позволили установить обстоятельства преступлений, виновность Аристова в их совершении и опровергнуть его версию о том, что оба убийства он совершил в ответ на неправомерные действия потерпевших.
Вопреки доводам жалоб, отвергая данную позицию подсудимого, суд правомерно сослался на последовательные показания Аристова, данные в период предварительного следствия, о том, что он в ходе ссоры первым нанес А. несколько ножевых ударов, поскольку они согласуются с показаниями свидетелей П. и Е., которые до и после совершения преступления находились вместе с Аристовым, однако телесных повреждений на его лице не видели, а также с заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении Аристова, согласно которой ссадина в области его лба возникла до 11 июля 2018 года, в то время как убийство А. совершено 15 июля 2018 года (т. 4 л.д. 229 - 230).
Выводы данной экспертизы суд объективно оценил как достоверные, поскольку они сделаны компетентным специалистом, основаны на личном обследовании Аристова и научных методиках определения давности телесных повреждений, являются понятными, полными, не противоречат друг другу и исследованным доказательствам. При таких обстоятельствах у суда не имелось оснований для допроса эксперта, назначения по делу дополнительной или повторной экспертизы, не имеется их и в настоящее время.
Опровергая доводы Аристова об оскорблении его П. суд правильно исходил из показаний супруги убитого - П., которая охарактеризовала мужа как спокойного человека, показаний Н., проживающей по соседству, которая слышала, что гости в квартире П. накануне пожара общались спокойно, без оскорблений, а также из показаний свидетеля М. из которых следует, что в ходе распития спиртного П. в адрес Аристова оскорблений не высказывал.
Основываясь на показаниях потерпевшей П. и свидетелей, суд правильно установил, что Аристов, находясь перед совершением убийства в одной компании с П. видел, что у последнего отсутствует одна нога и ступня второй ноги, а следовательно, осознавал, что по отношению к нему П. находился в беспомощном состоянии, поскольку не способен передвигаться без коляски, покинуть квартиру, защитить себя и оказать активное сопротивление.
Таким образом, суд правильно установил, что смерть каждому из потерпевших причинена Аристовым на почве неприязненных отношений к ним, возникших в ходе ссоры на почве совместного распития спиртного, и квалифицировал его действия в этой части по п. п. "а", "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство двух лиц, один из которых заведомо для виновного находился в беспомощном состоянии.
Действия Аристова в остальной части правильно квалифицированы судом по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража с причинением значительного ущерба и по ч. 2 ст. 167 УК РФ как умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога, причинившее значительный ущерб.
В обоснование выводов суд правомерно положил показания потерпевшей П. признав их достоверными, поскольку в части перечня похищенного они согласуются с показаниями Аристова и свидетелей, а указанная ею стоимость похищенных и уничтоженных огнем вещей и предметов является разумной.
С учетом высокой стоимости похищенных вещей, предназначения уничтоженного огнем имущества и низкого дохода потерпевших П. учитывая положения п. 2 примечаний к ст. 158 УК РФ, суд объективно оценил причиненный каждому из них ущерб как значительный.
Оснований для иной юридической оценки действий осужденного не имеется.
С учетом заключения судебно-психиатрической экспертизы, поведения осужденного и состояния его здоровья суд сделал правильный вывод о том, что он является вменяемым и должен нести ответственность за содеянное.
При назначении наказания суд учитывал характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие его наказание, а также влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд правильно учел полное признание Аристовым вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, а также явки с повинной, однако не усмотрел оснований для признания данных обстоятельств исключительными, не усматривает их и Судебная коллегия.
Противоправности или аморальности поведения потерпевших А. и П., которые бы могли послужить поводом для совершения в отношении их преступлений, судом не установлено.
Иные обстоятельства, на которые в своих апелляционных жалобах ссылается осужденный и адвокат, охватываются активным способствованием Аристова раскрытию и расследованию преступлений.
Оснований для назначения наказания по правилам ч. 1 ст. 62 УК РФ, для изменения категории преступлений в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ у суда не имелось ввиду наличия в действиях Аристова рецидива преступлений, который обоснованно признан обстоятельством, отягчающим наказание.
Свои выводы о назначении Аристову дополнительного наказания суд мотивировал.
Таким образом, поскольку наказание назначено с соблюдением требований уголовного закона, соответствует характеру содеянного и данным о личности осужденного, оснований для его смягчения не имеется.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Ленинградского областного суда от 21 августа 2019 года в отношении Аристова Максима Юрьевича оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Аристова М.Ю. и адвоката Павлова А.Б. - без удовлетворения.